Нужны ли для профориентации свои стандарты?

С 2023 года в школах Российской Федерации внедряется Единая модель профессиональной ориентации, получившая название  «Профориентационный минимум» . Однако сам факт наличия модели, методических рекомендаций и ведомственных приказов не означает, что система работает безупречно. Более того, чем глубже погружаешься в проблематику, тем очевиднее становится противоречие: профориентация признана стратегическим приоритетом, но ее нормативное регулирование остается фрагментированным, а методологические основания – размытыми.

Это в полной мере ощутили на себе региональные координаторы проекта « Метрологический образовательный кластер Росстандарта », который сейчас реализуется уже  в 44 субъектах России . Проект с 2021 года доказал свою эффективность и перспективность и отмечен на федеральном уровне. 

Коллектив авторов проекта отмечен премией «Эксперт года 2025», а также общероссийской премией «Стандартизатор года 2025» в номинации «За вклад в образовательную и учебно-просветительскую деятельность в области стандартизации и смежных с ней дисциплин». Пожалуй, с этого момента и возникла идея создания стандарта. А как иначе: если премией отмечены – где стандарт? Этот вопрос был поднят в апреле этого года на конференции в Волгограде, и ответ не заставил себя ждать. Там же, в Волгограде было принято решение о создании рабочей группы по проработке нового стандарта.

Работу начали с анализа ситуации. В настоящее время коллеги по МОК РСТ ищут ответ на ключевой вопрос: нужны ли профориентации стандарты в том виде, в котором они существуют сегодня, и какими они должны быть, чтобы действительно работать на благо школьников, экономики и общества в целом. 

На сегодняшний день нормативная база профориентации представляет собой многоуровневую конструкцию, включающую:

федеральный уровень:

• Федеральный закон от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» (статьи 15, 66, 73, 74, 75), закрепляющий общие принципы;

• Указ Президента Российской Федерации от 7 мая 2024 г. № 309 «О национальных целях развития Российской Федерации на период до 2030 года и на перспективу до 2036 года»;

• Порядок осуществления мероприятий по профессиональной ориентации обучающихся (приказ Минпросвещения России от 31 августа 2023 г. № 650);

• Приказ Минтруда России от 12 декабря 2024 г. № 694н, утверждающий Стандарт деятельности по осуществлению полномочия в сфере занятости населения по организации профессиональной ориентации граждан;

методический уровень:

• Методические рекомендации по реализации Единой модели профессиональной ориентации обучающихся 6-11 классов (утверждены Протоколом Всероссийского экспертного совета по профориентации № 02 от 16.07.2025);

• Рабочая программа курса внеурочной деятельности «Россия – мои горизонты»;

• Порядок реализации проекта «Билет в будущее» на 2025/2026 учебный год (утвержден Протоколом № 01 от 30 апреля 2025 г.);

региональный уровень:

• региональные приказы о реализации Единой модели профориентации (например, Приказ министерства образования Краснодарского края от 08.08.2025 № 1608);

• региональные инновационные площадки по реализации ЕМП;

• методики расчета количества профориентационных мероприятий на основе кадрового прогноза Минтруда России.

На первый взгляд, система выглядит внушительно. Однако более глубокий анализ, подкрепленный практической работой на местах, показывает: это скорее похоже на «лоскутное одеяло», чем на целостную конструкцию.

Что вызывает вопросы?

Первое: размытость методологических оснований. Как справедливо отмечает ведущий научный сотрудник РАНХиГС, ведущий научный сотрудник Научно-образовательного центра развития образования, кандидат педагогических наук, Николай Родичев, «текущая логика единой модели отвечает скорее представлениям об индустриальной модели профессионального самоопределения. А мы имеем ее «микс» с постиндустриальной, а отчасти вообще с традиционной». Для постиндустриальной экономики нужны проектные методы, опыт создания полезных связей, профессиональные пробы, «но не линейные и единые по своей структуре, как у Сигэкадзу Фукуямы в Японии 1960-70-х годов, а различающиеся по своим целям, способам организации, инструментальному обеспечению», подчеркивает Николай Родичев.

Второе: отсутствие единой терминологии. Даже базовые понятия трактуются по-разному в разных документах.

• Что такое «готовность к профессиональному самоопределению»? 

• Что такое «профессиональная проба»? 

• Как отличить качественную профориентационную работу от формальной?

Эти вопросы остаются открытыми. Неслучайно на уровне Межпарламентской Ассамблеи стран СНГ в июне 2025 года начата работа над концепцией рекомендаций по профессиональной ориентации, направленной на «формирование общего понимания ключевых терминов». В России эта задача пока не решена.

Третье: противоречия в понимании места профориентации в образовательном процессе. Как показывает анализ нормативных документов, «профессиональная ориентация не рассматривается в качестве элемента преподавания учебных предметов». При этом именно урочная деятельность заявлена как одно из направлений ЕМП. Налицо внутреннее противоречие, которое делает реализацию модели затруднительной.

Четвертое: слабая проработка организационных механизмов. Как отмечает Николай Родичев, «не прояснены важные вопросы: что из всего арсенала профориентационных средств нужно, кому, где, зачем, кто отвечает за это направление в школе, как оценивать результаты?».

Отсутствие четких ответов на эти вопросы приводит к тому, что профориентация в школах часто сводится к формальному проведению занятий без реального влияния на выбор учащихся.

Пятое: несовершенство нормативно-правовой базы социального партнерства. В аналитических работах отмечается «несовершенство нормативно-правовой базы социального партнерства в рамках профориентационной деятельности в России». Без четкого регулирования взаимодействия школ, вузов, колледжей и работодателей невозможно построить эффективную систему профориентации.

Если перевести все это на более приземленный язык практической реализации, при «заходе в школу» любой проект сотрудничества с внешними предприятиями или центрами воспринимается вроде как «на ура», но ровно до того момента, пока не встает вопрос разграничения прав и обязанностей, учета возможностей партнеров и учебного учреждения. Наконец, возникает, как призрак в тумане, пресловутый «человеческий фактор» – а кто, собственно, может или должен проводить профориентацию с детьми, чтобы это соответствовало нормам  ФГОС  и не противоречило здравому смыслу?

Даже среди тех коллег, которые реализуют мероприятия проекта МОК РСТ, возникли определенные разногласия о необходимости разработки единого ГОСТа по профориентации. У сторонников и противников стандартизации есть свои, на первый взгляд, «железные» аргументы.

Аргументы за единый стандарт в профориентации

1. Единое понимание целей и результатов. Стандарт позволит четко определить, что именно должна давать профориентация школьнику, как измерять ее эффективность и кто за что отвечает. Как отмечают эксперты  МПА СНГ : «единые определения позволят всем участникам процесса – от педагогов до законодателей – говорить на одном языке и работать в одной системе координат».

2. Устранение фрагментарности. Сегодня профориентация регулируется разрозненными документами разных ведомств – Минпросвещения, Минтруда, Минобрнауки. Единый стандарт, утвержденный на межведомственном уровне, позволит синхронизировать требования и исключить дублирование.

3. Обеспечение качества. Стандарт может установить минимальные требования к программам профессиональных проб, квалификации наставников, материально-техническому обеспечению. Это особенно важно, учитывая, что «до сих пор не наблюдается попытки актуального описания, классификации» профориентационных практик.

4. Масштабирование успешных практик. Опыт Метрологического образовательного кластера Росстандарта, показавшего рост поступления на профильные специальности на 195%, доказывает: системный подход работает. Но для его тиражирования нужны стандартизированные механизмы.

5. Международная унификация. Разработка единых подходов к профориентации в рамках СНГ создает предпосылки для формирования общего образовательного пространства. России важно быть в этом процессе не догоняющей, а ведущей стороной.

Аргументы против излишней стандартизации

1. Риск формализации. Слишком жесткий стандарт может превратить живую, творческую профориентационную работу в бюрократическую отчетность. Как отмечается в экспертных дискуссиях, « профориентация воздействующая » вступает в противоречие с « профориентацией консультативной ». Стандарт, ориентированный только на одну из этих логик, может навредить.

2. Региональная специфика. Россия – огромная страна с разными экономиками, рынками труда и образовательными системами. Единый стандарт рискует не учитывать эту специфику. Неслучайно сегодня, по словам Николая Родичева, «региональный компонент становится все более значимым, так как учитывает особенности и потребности конкретного субъекта».

3. Бюрократическая нагрузка. Введение нового стандарта неизбежно потребует дополнительной отчетности, что увеличит нагрузку на педагогов, которые и так перегружены.

Понять можно обе стороны. И принять во внимание все доводы рабочая группа просто обязана, чтобы ответить, прежде всего, на главный вопрос: а какой вообще стандарт нужен для профориентации?

Поиск баланса

Ответ на этот вопрос, по-видимому, лежит в плоскости поиска баланса между унификацией и гибкостью. Анализ успешных практик позволяет сформулировать несколько принципов, которым должен соответствовать будущий стандарт.

Прежде всего, нужно придерживаться рамочного принципа, а не жестко регламентирующего. Стандарт должен задавать общие требования к целям, структуре и результатам, но оставлять пространство для региональной и школьной вариативности. Так, «отец» кластера Алексей Игнаткович отмечает, что при реализации проекта МОК РСТ коллеги занимаются «свободным творчеством». И такой подход дает ощутимый эффект, потому что дети не воспримут формализм, они за игру, за творчество, за поиски и интересные соревнования. Но, с другой стороны, а что мешает включить это в стандарт?

Второй важный момент – взаимодействие разных структур и ведомств. Стандарт в системе профориентации может быть только межведомственный. Ведь стандарт должен быть утвержден совместным актом  Минпросвещения и Минтруда , чтобы исключить ведомственные противоречия. 

Третий важный момент – это ориентация на результат, а не на процесс. Важнее оценивать не количество проведенных мероприятий, а изменения в готовности школьников к профессиональному самоопределению. При этом нельзя забывать, что результат должен быть осязаемым и измеряемым. Сюда же можно добавить принцип, который основан на доказательных практиках: в стандарт должны быть заложены механизмы, подтвердившие свою эффективность, такие как модель «школа – колледж – вуз – предприятие» (Санкт-Петербург) или сам по себе кластерный подход, который и лег в основу МОК РСТ.

И, наконец, одно из финальных нововведений МОК РСТ, которое озвучивается сейчас на всех уровнях: принцип «бесшовности». Профориентация не должна начинаться в  8 классе  а заканчиваться в 11-м. Стандарт должен охватывать все этапы – от дошкольного образования до трудоустройства. Сейчас существующая нормативная база (ФГОС) отсчитывает старт профориентации с 8 класса, тогда как региональные пилоты и авторские программы активно работают с детьми уже с 6 класса школы. Эта несогласованность порождает серьезные сложности для разработчиков, пытающихся предложить рынку актуальные продукты. Унификация стандартов на базе методологии МОК РСТ способна снять это напряжение: она предложит гибкую возрастную шкалу, привязанную как к профилю обучения, так и к реальным психофизиологическим возможностям школьников.

В настоящее время МОК РСТ уже на деле доказал, что можно начинать работу и с дошкольниками. Да, «плечо результата» больше – расчет неопределенности выбора ребенка максимальный, но полученные навыки бесценны и позволяют говорить о возможности формирования предрасположенности ребенка к выбору той или иной профессии. 

Резюме

Нужны ли профориентации стандарты? Да, нужны, но не любые. Нужен не очередной бюрократический документ, увеличивающий горы отчетности, а продуманная, научно обоснованная система координат, которая поможет всем участникам процесса – школьникам, педагогам, работодателям, родителям – двигаться в одном направлении.

 Как показал анализ, существующая нормативная база фрагментарна, противоречива и не дает ответов на ключевые вопросы. Без стандартизации невозможно обеспечить качество профориентационной работы, масштабировать успешные практики и выстроить систему, реально влияющую на кадровое обеспечение экономики.

Вместе с тем стандарт не должен быть самоцелью. Он должен стать инструментом, помогающим каждому школьнику сделать осознанный выбор, каждому педагогу – эффективно работать, а экономике – получать квалифицированные кадры. Именно такой подход заложен в проекте национального стандарта допрофессиональной и предпрофильной подготовки, разработанном с учетом лучших региональных и отраслевых практик.

Опыт Метрологического образовательного кластера Росстандарта – это готовая, «обкатанная» модель, которая может стать отправной точкой для нового национального стандарта. Это тот случай, когда практика не просто иллюстрирует необходимость стандарта, а уже содержит в себе его прообраз. Кластер на практике доказывает, что «бесшовная» модель работает: он объединяет детские сады, школы, колледжи, вузы и предприятия в единую образовательную среду. Эта модель – готовый каркас для стандарта, который должен закрепить преемственность профориентации на всех уровнях образования.

Модель МОК РСТ легитимизирует и структурирует социальное партнерство. Она показывает, как именно должны взаимодействовать стороны и что каждая из них получает. Кластер демонстрирует гибкость, а не унификацию. Он работает на  , но каждый регион развивает собственные программы.