Барометр цифровой медицины

Как рассказывает директор департамента управленческого консалтинга группы «Деловой профиль» Владимир Поклад, на сегодняшний день общий объем рынка цифровой медицины в России превысил 30 млрд рублей. Кроме того, рынок находится в стадии трансформации: период накопления и внедрения технологий завершился, теперь на повестке дня объединение отдельных решений в более крупные системы. 

Операционный директор консалтинговой компании «Директ ИНФО» Евгений Иванов считает, что в 2025 году совокупный объем рынка цифровой медицины гораздо больше – порядка 55-66 млрд рублей. При этом он замечает, что для более точной оценки необходимо четко определить границы, где цифровая медицина начинается. По его мнению, к ней сегодня можно отнести такие сегменты, как:

• телемедицина и дистанционные мониторинговые услуги; 

• системы  искусственного интеллекта ; 

• носимые медицинские устройства  и дистанционный мониторинг показателей здоровья; 

• электронные медицинские карты  и комплексные цифровые платформы, такие как  Единая государственная информационная система здравоохранения . 

«Сегмент телемедицины и дистанционных мониторинговых услуг пережил лавинообразный рост в 2019-2020 годах вследствие эпидемии Covid-19, и на 2025 год, по нашей оценке, с учетом частных специалистов, проводящих онлайн-консультации, составляет 23-25 млрд рублей. Это выручка только за услуги и программное обеспечение без учета самого оборудования и расходов на инфраструктуру, таких, к примеру, как проведение оптоволокна в районную больницу. Рост примерно 18-20% за 2025 год, что в четыре раза превышает показатели 2020 года», – анализирует Евгений Иванов.

Если говорить о структуре сегмента, то примерно 75-85% его объемов приходится на онлайн-сервисы психологической помощи, в основном коммерческие, и только 5-7% на госсектор. Это самый быстрорастущий – в основном за счет ДМС и корпоративных программ – сегмент, его ежегодный рост до 2030 года при благоприятном сценарии может составлять 25-30%. 

Что касается систем искусственного интеллекта, то это в основном «надстройки» к традиционным, идущим вместе с  диагностическим оборудованием  системам архивирования и передачи медицинских изображений. Возможность массово анализировать изображения и проводить предиктивную аналитику по ряду заболеваний с помощью таких «надстроек» появилась недавно – 3-4 года назад, рассказывает Евгений Иванов. Оценки сегмента разнятся: если считать только «надстройку», то есть чистую ИИ-компоненту, то это 1,2-1,5 млрд рублей, если ее и оборудование, то в 2025 году цифра составила примерно 13-15 млрд рублей.

Изделия с ИИ, несмотря на то что в базе Росздравнадзора регулярно появляются, по большей части находятся на стадии развития или стартапов. Темпы роста сегмента можно характеризовать как высокие, но это за счет низкой базы, еще пять лет назад ИИ-приложений в принципе не существовало. 

«А вот точные объемы носимых медицинских устройств и дистанционного мониторинга определить затруднительно, так как сегмент находится в стадии становления, но, по грубым оценкам, это не более 0,5 млрд рублей», – анализирует Евгений Иванов.

Здесь можно выделить два основных направления: гаджеты и мобильные устройства. Что касается дистанционного мониторинга пациентов со специфичными заболеваниями, такими как диабет и гипертония, то можно отметить, что в рамках государственного пилотного проекта «Персональные медицинские помощники» (2023-2025 гг.) было подключено более 37 тыс.  медицинских изделий  с функцией автоматической передачи данных. Но точная информация о затратах бюджета за год отсутствует, известно только, что было выделено 590 млн рублей, а темпы роста – значительно меньше, чем потенциал рынка. 

Объем сегмента электронных медицинских карт и комплексных цифровых платформ, включая все виды медицинских информационных систем МИС и ЕГИСЗ, в 2025 году оценивался в 30-37 млрд рублей. Средние темпы роста в 2023-2025 гг. – около 25-30% в год. Объем этого сегмента наиболее вероятно удвоится к 2030 году, а его среднегодовые темпы ожидаются на уровне 15-20%. Здесь основным драйвером выступают госзаказ и импортозамещение. 

Старший менеджер технологической практики консалтинго-аудиторской компании «Технологии Доверия» Елизавета Ковалева также оценивает объем и динамику развития российского рынка цифровой медицины как высокие. По ее данным, на конец 2024 года объем рынка составил 1 083,7 млрд рублей, в среднесрочной перспективе ожидается устойчивый рост в среднем на 14% ежегодно, а при сохранении динамики к 2030 году объем рынка превысит 2 341 млрд рублей. Основными сегментами, где рынок растет быстрее среднегодовых темпов, в компании считают сегменты виртуальной медицины и ассистивные технологии. 

Менеджер практики «Стратегия» в «Рексофт Консалтинг» Сергей Ермилов темпы развития цифрового рынка оценивает еще выше – на уровне 17% в год, в том время как динамика обычного медицинского рынка на 2026-2030 гг. оценивается им на уровне 7% в год. 

В рамках нацпроектов 

Причинами столь динамичного развития сектора в «Директ ИНФО» считают нацпроекты и государственные меры поддержки.

«Государство выступает не просто регулятором, а основным заказчиком, инвестором и архитектором отрасли. Без директивных мер и бюджетных вливаний рынок развивался бы значительно медленнее», – отмечает Евгений Иванов.

С этим согласна ведущий аналитик маркетинговой группы «Текарт» Евгения Пармухина. Кроме того, добавляет она, существующие меры создают множество дополнительных эффектов – от благоприятного инвестиционного фона до развития поддерживающих и снабжающих отраслей.

Помимо экспертов, значение государственной поддержки подтверждают и игроки рынка. Как рассказали в BIOT – ИТ-сервисе для раннего выявления заболеваний, в рамках поддержки отрасли и национального проекта «Развитие здравоохранения» выделяется развитие таких направлений, как цифровизация медицины, телемедицинских сервисов и интеграция носимых гаджетов в государственные медицинские платформы. Производители аппаратов-сенсоров, медицинских IoT-устройств также получают субсидирование и грантовую поддержку, а с 2025 года действует обновленный порядок оказания медпомощи с использованием телемедицинских технологий.

«Как представители сегмента носимых устройств, в первую очередь можем отметить национальный проект «Персональные медицинские помощники» и такие проекты, как Medsenger.AI, «Диагностика на дому» (телемедицинские сервисы)», – рассказывает операционный директор проекта BIOT Дмитрий Тачкин.

Отдельным инструментом в формировании и поддержке развития отрасли выступают государственные фонды. Так, в Фонде содействия инновациям с 2021 года регулярно проводят специализированные конкурсы, грантовую поддержку по которым получают как ранние стартапы, так и проектные команды.

Среди них разработчик платформы Webiomed компания «К-Скай», их сервис способен с помощью ИИ за несколько секунд проверить и оценить качество документов, а проект компании «Сенсор-Тех» для людей с нарушением слуха и слепоглухих позволяет распознавать устную речь говорящего и превращать ее в текст. 

В логике внутреннего развития 

«Есть достаточное количество мер государственной поддержки, но основным драйвером все-таки является сам бизнес и его желание получить реальные результаты. Это всегда более надежный фактор развития, чем внешнее стимулирование», – считает Виталий Данильчук, управляющий партнер сегментов «ТЭК, медицина и промышленность» российской IT-сервисной компании IBS.

Менеджер практики «Стратегия» в «Рексофт Консалтинг» Сергей Ермилов выделяет несколько внутренних драйверов. Во-первых, это необходимость небольшим коммерческим клиникам с оборотом до 100 млн рублей в год, которых на рынке более 90%, внедрять  медицинские информационные системы . Своих средств на это у них нет, и они останавливаются на базовых решениях. 

Во-вторых, это активное развитие  систем поддержки и принятия врачебных решений  на основе ИИ. Сюда входят:

• инструменты для расшифровки снимков КТ/МРТ;

• оптимизации фармакотерапии; 

• автоматический сбора анамнеза и анализа данных ЭМК и др. 

В-третьих, идет ужесточение требований к сбору и передаче медицинских данных в государственные информационные системы, что обуславливает рост облачных решений для интеграции клиник и ЕГИСЗ МЗ РФ.

Последнее обстоятельство может стать отправной точкой для цифровизации малых и средних коммерческих клиник, считает Сергей Ермилов. Траты на ИТ небольших игроков составляют в среднем 1-2% их годового оборота, конкурировать на равных с крупными сетями они не могут. Предоставление пакетов цифровых сервисов, в которых вместе с доступом к обмену данными предлагаются  дополнительные инструменты , позволило бы небольшим игрокам упрочить свое положение.

Источником роста для «цифры» в здравоохранении также может стать  информационная безопасность , считает Сергей Ермилов.

«Медицина в последнее время стабильно входит в топ-3 отраслей по уровню киберугроз: в 2024-2025 годах на медицинские учреждения пришлось около 15% всех атак. Учитывая недостаток профильных специалистов и сложность самостоятельного выстраивания системы ИБ, среди небольших клиник может быть востребован аутсорсинг, т.е. предоставление удаленного доступа к агентам EDR и облачным сервисам, позволяющим выполнять стандартный объем действий по мониторингу ИТ-инфраструктуры, отслеживанию и классификации инцидентов», – поясняет Сергей Ермилов. 

С тем, что развитие отрасли продиктовано внутренними потребностями отрасли, согласны и другие участники рынка. Другое дело, что среди многообразия потребностей именно государство определяет основные направления.

«Клиники все чаще ориентируются на решения, соответствующие федеральным стандартам и обеспечивающие интеграцию в единый цифровой контур», – комментирует председатель совета директоров MVS Кирилл Запутряев.

Сама компания с 2015 года занимается разработкой и внедрением цифровых решений для операционных блоков и отделений интенсивной терапии, которые формируют единую цифровую среду для хирургов и медицинского персонала. 

Вопрос приоритетов 

Небезынтересен и вопрос, какие сектора наиболее перспективны. Так, в «Труконф», являющейся разработчиком одноименной экосистемы для видео-конференц-связи и корпоративных коммуникаций, считают, что в первую очередь развиваться будут сервисы, позволяющие вести и консультировать пациентов на удаленных территориях. Важным направлением является и развитие совместимости и интеграций с МИС и медицинским оборудованием.

«Я бы выделил три направления: во-первых, клиентский сервис и сопутствующие системы, так как российское общество избаловано высокой планкой качества клиентских сервисов от банков и госуслуг. Во-вторых, это все, что касается данных, куда также относится ИИ. И в-третьих, медицинские информационные системы нового поколения, построенные на единой композитной архитектуре», – комментирует Виталий Данильчук. 

По мнению руководителя группы рынка «СП.АРМ» (разработчик медицинских информационных систем) Александра Чеснокова, наилучшие перспективы у трех направлений. 

«Первое – это клинический ИИ и предиктивная аналитика: алгоритмы, которые не просто описывают текущее состояние пациента, а прогнозируют риски и помогают врачу предотвратить осложнения. Второе – телемедицина и дистанционный мониторинг, но не как замена очному приему, а как инструмент для ведения хронических больных и реабилитации. Третье – решения в области интеграции и совместимости систем: пока почти половина рынка называет устаревшую инфраструктуру главной проблемой, компании, способные бесшовно связать разнородные системы, будут наиболее востребованы», – комментирует он.

В BIOT также считают, что перспективы – в области телемедицины, развития ИИ для диагностики заболеваний и принятия врачебных решений, электронные медицинские карты, системы управления данными пациентов, мобильные приложения и носимые устройства для мониторинга здоровья. 

Создатель MedTech-стартапа «Я здоров» Даниил Васильев, считает, что наиболее перспективна превентивная медицина – особенно в рамках продления активного долголетия.

Бег с препятствиями

Тем не менее, даже учитывая динамику, внутренний и внешний интерес к развитию рынка, нельзя не признать, что существуют и серьезные, тормозящие развитие преграды.

Евгения Пармухина к таковым относит нехватку финансирования при усугублении системных проблем в экономике после длительного периода жесткой монетарной политики, снижение покупательной способности населения и ряд регуляторных барьеров, связанных с повышением государственного контроля за решениями. Это затрудняет выход на рынок и увеличивает его сроки для небольших стартапов, без которых невозможно нормальное развитие цифровых направлений. 

Александр Чесноков, считает, что основные сложности – это технологическая разобщенность систем, кадровый голод и регуляторные ограничения по работе с данными.

«Технологическая разобщенность и «лоскутная автоматизация» – пожалуй, самая осязаемая проблема. Исторически сложилось так, что крупные медицинские центры обзаводились разными системами в разное время: здесь – лабораторная система, здесь – PACS для снимков, здесь – МИС от другого вендора или «рукописный продукт». В идеале эти системы должны обмениваться данными по единым стандартам, но на практике стандарты трактуются по-разному, а старые системы просто не умеют «говорить» на современном языке интеграции. С другой стороны, дефицит «врачей, понимающих код, и айтишников, понимающих клинику» стал критическим, медицинские вузы пока не готовят таких специалистов массово, а ИТ-специалисты часто боятся сложности и ответственности медицинской сферы. С третьей – регуляторные ограничения и неопределенность приводят к тому, что существующим объемом данных просто нельзя пользоваться. Законодательство в области персональных данных, призванное защищать пациента, на практике создает колоссальные барьеры для работы с обезличенными массивами. Нет четких и стабильных правил, как именно можно обезличивать данные, как передавать их для исследований, какова степень ответственности», – отмечает он.

Елизавета Ковалева основные сложности развития сектора видит в регуляторно-правовых барьерах, куда относятся и сложности с сертификацией и регистрациями, разрозненность регуляторов, и неопределенность статуса и роли технологий. Непонятно, к какому классу риска отнести нейросеть. Является ли телемедицинская платформа просто программой или средством диагностики?

Среди технических и инфраструктурных барьеров Елизавета Ковалева, как и предыдущий эксперт, выделяет несовместимость информационных средств. Помимо этого, она отмечает, что информационные системы в государственных медицинских учреждениях едва ли могут синхронизироваться с ПО коммерческих клиник, что делает невозможным нахождение врача и пациента в едином цифровом контуре. Отсюда сложности с отражением целостной картины по пациенту, увеличение сроков диагностики и назначения лечения и большое количество задублированных обследований. 

Кроме того, существует недоверие врачей и пациентов к результатам, выдаваемым нейросетями, страх ответственности и отсутствие цифровой культуры, заключает она.